Недовольство в Хабаровске копилось по капле

0
188

Протесты после задержания Сергея Фургала вызвало возмущение людей демонстративным неуважением их выбора, говорит политолог Константин Калачев.

В Хабаровске уже восьмой день подряд проходят массовые акции протеста в связи с арестом губернатора Хабаровского края Сергея Фургала. О причинах, по которым на Дальнем Востоке волна возмущения оказалась такой высокой, обозревателю «Росбалта» рассказал руководитель «Политической экспертной группы» Константин Калачев.

— Протестные акции в Хабаровском крае идут уже не первый день. Какова их подоплека? Фургал действительно настолько популярен и любим в Хабаровском крае? Или ЛДПР, как утверждают некоторые политтехнологи, обладает здесь невероятными организационными возможностями для того, чтобы мобилизовать выход на улицы десятков тысяч людей?

— Начнем с того, что не будем ставить знак равенства между ЛДПР и командой Фургала. На самом деле Фургал был здесь владельцем франшизы ЛДПР. То есть, условно говоря, это действующий губернатор, имеющий партийную франшизу, но одновременно и обладающий собственным аппаратом. Не случайно уголовным преследованием пугали его пресс-секретаря Надежду Томченко, арестовали его помощника Андрея Карепова и предупредили другого помощника, курирующего ЛДПР в регионе, по поводу нежелательности каких-либо протестных акций.

Что касается организации этих протестов, то для этого достаточно Instagram Фургала. На улицу ведь вышли не жириновцы, и не ЛДПР была их «направляющей и организующей силой», не она раздавала листовки и клеила плакаты. В данном случае просто достаточно иметь каналы коммуникаций, которые позволяют мобилизовать максимальное число жителей и обозначить время и место проведения акций. При наличии протестных настроений и высокого уровня поддержки того или иного политика, достаточно просто определенных триггеров и организатора. Не случайно, Instagram Фургала заблокировали, и его команда жаловалась на то, что не может им пользоваться. Так что я полагаю, что эта история связана не столько с ЛДПР, сколько с самим Фургалом. Успех этой партии в регионе связан не с ней самой или с ее лидером Владимиром Жириновским, а с популярностью здесь контрмосковских настроений.

— То есть, получается, что прорвались традиционные для Дальнего Востока антимосковские настроения?

— Это произошло еще тогда, когда Москва пыталась протащить на губернаторских выборах здесь непопулярного бывшего главу региона Вячеслава Шпорта. При том, что жители края рассматривали неизбрание последнего как свое большое достижение.

— Так ЛДПР все-таки популярна в Хабаровском крае? Результаты выборов вроде бы говорят об этом?

— На Дальнем Востоке, за исключением национальных образований, либерал-демократы действительно более популярны, чем в среднем по России. Но не настолько, чтобы партия получала здесь более 50% голосов. Так, на несколько процентных пунктов больше, чем в других регионах.

Не стоит все упрощать. У нас партийные структуры в регионах очень сильно персонифицированы. Отсюда, скажем, успех предпринимателя Анатолия Быкова с «Патриотами России» в 2013 году. Если бы Быков выбрал тогда ЛДПР, был бы успех у этой партии. Было бы тогда на месте «Патриотов» «Яблоко», добилась бы успеха и эта партия.

— В чем еще причина хабаровских протестов? Мне думается, что по идее, они должны были долго вызревать. Люди здесь сравнивают свою жизнь с жизнью в соседних странах и это сравнение не в пользу Родины?

— Конечно, это и сравнение жизни в регионе с успехами соседнего Китая и не только. Дальний Восток лечится в Южной Корее, за покупками ездит в Китай, отдыхать ездит в Таиланд…

Но дело не только в этом. В прошлом году я общался с хабаровчанами. Во-первых, они очень радовались, что избавились от Шпорта. Во-вторых, говорили, что Фургал отвечал их запросам и выражали мнение, что Москва не даст ему работать. Кроме того, хабаровчане очень обиделись, когда «столица» Дальнего Востока была перенесена из их города во Владивосток (в декабре 2018 года туда переехало представительство президента РФ в Дальневосточном федеральном округе). Это было воспринято ими очень болезненно, как пощечина. Причем произошло это сразу после того, как губернатором Хабаровского края был избран Фургал, хотя планировалось это сделать еще раньше.

Наверное, главное в возникновении этих протестов состоит в том, что людям продемонстрировали неуважение к их выбору.

— Что еще? Экономика?

— Экономические проблемы здесь безусловно есть, но это не только проблемы Хабаровска. Есть вообще проблема завышенных ожиданий и реальных результатов. Федеральный центр долгие годы создавал эти ожидания. Сколько мы слышали про Дальний Восток как витрину достижения нашего уважаемого режима. Сколько говорилось о приоритетности Дальнего Востока, о том, что этим регионом занимаются все… Мне кажется, тот пиар, который был развернут в эту сторону, в том числе, и полпредством президента, вернулся бумерангом.

Мы включаем телевизор и узнаем, что дальневосточные регионы у нас — это территории опережающего развития. А в реальности — депопуляция, люди продолжают отсюда уезжать.

Я, например, помню, как был во Владивостоке перед саммитом АТЭС, который проводился там в 2012 году, и видел дома, отделанные плиткой только с одной стороны — той, мимо которой будут ехать гости саммита. Выделенные на ремонт деньги просто кончились, ну и покрыли плиткой стены только с одной стороны.

А в Хабаровске, конечно, перед глазами быстрорастущий Китай, до которого здесь рукой подать. Как к этому всему должны относиться люди?

Здесь также очень болезненно отнеслись к уголовному делу в отношении бывшего губернатора края Виктора Ишаева. Хабаровчане убеждены, что это месть ему за то, что он отказался поддержать на выборах в 2018 году выдвиженца Кремля Шпорта.

Так что недовольство здесь копилось по капле.

Беседовал Александр Желенин