Каша вместо реальных мер

0
217

По поводу экономических и прочих мер, озвученных президентом и тех, которые нужны на самом деле:

К сожалению, под видом мер нам была предложена каша из самых разных действий, полудействий и просто благих пожеланий, по русской традиции последнего времени приправленных увеличением налогов (судя по всему, теперь в России любые события будут вызывать увеличение налогов – за компанию).

Озвученные налоги, кстати, будут собраны в 2021 и в большей степени – 2022 годах, то есть к кризису отношения не имеют вообще никакого. Налог на вывод доходов за рубеж должен предполагать наличие доходов – введение его (с параллельной ссорой со странами, соглашения с которыми мы хотим денонсировать) выглядит плохой шуткой: давайте уж разберемся – у нас бизнес будет банкротиться или все-таки доходы в оффшор выводить? Налог с процентов составит (если сумма вкладов не изменится) около 50 млрд рублей в год – это что, сумма, из-за которой стоит двигать замшелые камни здания законодательства и провоцировать отток денег из банков в сомнительные отечественные и несомненные, но иностранные инвестиции? Даже если 10% вкладов уйдут в зарубежные ценные бумаги, мы получим выход из системы в 7 раз большего количества денег, чем будет собрано этим налогом. Спойлер – с учетом девальвации рубля уйдет существенно больше. Банки теряют балансы – а небанковских систем инвестирования в бизнес в России считай, что и нет.

Сокращение страховых платежей – отличная новость. Правда в налоговой отвечают, что ни о чем таком они не знают и не собираются узнавать – кого волнует, что там президент сказал? Закона нет, инструкции нет, когда будет? Видимо после конца эпидемии (у нас же верят в 3 недели до пика!). Но даже если всё будет, это выглядит не как лекарство умирающим, а как конфетка здоровым. Если ваш бизнес теряет от 50 до 100% выручки, вам все равно, сколько составляют социальные взносы.

Выплаты по 2000 + 2000 пенсионерам, повышение минимальной пенсии до МРОТ – классный подарок; но при чем тут вообще пенсионеры, которые дохода не теряли (пенсии то будут выплачиваться), а вот издержек у них будет очевидно меньше: они же на карантине.

Каникулы по кредитам – вообще загадочная вещь. Кто-нибудь подумал, как при этом выживут банки, которые платят по депозитам и за остатки, в том числе – платят ЦБ? И потом – после каникул где возьмут компании и частные лица средства для расчетов по тем самым кредитам с накопленными процентами?

Отмена арендной платы при аренде муниципальных помещений – это прекрасно. А как быть с коммерческими помещениями?

Что же надо было бы делать сейчас? Все далее идущее – полное ИМХО конечно:

Надо признать факт: эпидемия надолго (давайте планировать 6 месяцев локдауна, возможно – 3 месяца, перерыв на 1-2 месяца и еще 3 месяца). Выручка бизнесов, образовывавших примерно 25 трлн рублей ВВП в России, упадет в 2 раза по году – это если все они выживут; если не выживут – то еще больше. Выручка бизнесов, вовлеченных в нефтегазовый сектор (еще 20 трлн), упадет примерно так же (падение внутреннего потребления и внешних цен). Остальная часть ВВП (примерно 60%) сократится на 10-20%. Если оставить ситуацию без вмешательства – будет катастрофа: процентов 20-25 населения в результате останется без доходов и без сбережений.

Можно пойти самым простым путем: всем, кто зарегистрируется как безработный/оставшийся без дохода – платить в месяц пособие, чтобы не умерли с голоду (скажем 10 000 рублей на человека). За такой помощью обратится что-то около 25 млн человек (очень грубая оценка, но как вы увидите ниже, даже ее удвоение нас не убьет). Это – 250 млрд рублей в месяц, 3 трлн рублей в год, но год нам не нужен, нам будет нужно где-то 8 месяцев, 2 трлн рублей. Это подъемные деньги, в ФНБ сейчас 8,2 трлн рублей. Эти деньги не вызовут ни девальвации, ни инфляции – они придут в страну с резко упавшей скоростью оборота денежных средств и резко снизившимся потреблением. Но – есть очень плохая новость: процедура эта потребует чудовищной бюрократии и крайне качественной логистики. Рецепиентов надо зарегистрировать, убедиться, что они нуждаются в помощи, сформировать платежные документы, провести платежи и так далее – при том, что в России нет ни одной системы, которая могла бы «принять» такую задачу на себя (только не говорите мне про пенсионный фонд). Кроме того, эта схема вообще не решает задачи сохранения бизнесов – те будут закрываться и бизнес-жизнь будет умирать. В результате эпидемия закончится — а платить надо будет все равно, так как зарабатывать этим 25 млн человек будет негде.

Есть же путь, который решает все указанные проблемы, и дает возможность по мере окончания кризиса обеспечить быстрое восстановление и – постепенный возврат средств государству.

Необходимо организовать государственную программу выдачи беспроцентных долгосрочных (до 10 лет) кредитов бизнесам с годичными каникулами и потом возвратом равными долями. При этом бизнесы должны будут иметь право вернуть эти кредиты как минимум на 50% из начисляемого налога на прибыль будущих периодов.

Использование этих кредитов допустимо только на выплаты зарплат сотрудникам в период карантинов и прочих ограничений функционирования бизнеса (но не больше, чем в размере 75% от зарплаты за февраль 2020 года), либо в период снижения выручки более чем на 10%, на выплату арендной платы за коммерческую недвижимость, арендованную до 1 марта 2020 года, оплату услуг связи и коммуникации в пределах не более, чем в 1 квартале 2020 года, а так же оплату услуг постоянных подрядчиков (кроме зарубежных) в размерах не выше, чем по 1 кварталу 2020 года, оплату процентов по кредитам, взятым до 1 марта 2020 года. Главным условием выдачи кредита должно быть не сокращение персонала компании более чем на 10% по сравнению с 1 февраля 2020 года. Однако компании должны иметь право на периоды ограничений снизить зарплаты сотрудников до 50-75% от прежнего уровня.

Администрирование таких кредитов должны осуществлять коммерческие банки; государство в лице срочно созданного SPV (можно при ВЭБе, например) должно выкупать эти кредиты у банков по факту их выдачи и даже доплачивать банкам комиссию. За нецелевое использование кредитов можно предусмотреть даже и уголовную ответственность – как за расхищение народного добра в военное время.
Такая кредитная программа позволит сохранить «кровь в системе». Взаиморасчеты между временно сколлапсировавшими предприятиями будут продолжаться, их сотрудники будут получать зарплату, это будет поддерживать спрос в целом по рынку.

Да, возможно суммарный объем таких кредитов будет больше, чем 2 и даже 8 трлн рублей. По очень приблизительной оценке может потребоваться даже до 20 трлн рублей таких кредитов. Это примерно в 2 раза больше, чем рост объемов активов банковского сектора за 2019 год – не слишком пугающая величина. Это 250 млрд евро – существенно меньше, чем потратят (не в долг дадут) развитые страны на поддержку своих экономик. Эти 20 трлн рублей можно взять частично из ФНБ, частично – увеличив государственный внутренний долг (в банках только население хранит 30 трлн рублей), частично взяв в долг у ЦБ. Тем кому цифра кажется слишком большой, просто напомню, что ЗВР России в 2014 году сократились на 150 млрд долларов исключительно в результате валютных интервенций (бессмысленной попытки удерживать курс рубля); на сегодня у России в ЗВР находится 551 млрд долларов (около 40 трлн рублей).

В результате нам удастся сохранить большинство бизнесов до момента конца эпидемии и ограничений; они смогут сразу включиться в процесс «послевоенного восстановления» экономики; потребление остановится на время, но по мере снятия карантинных мер сможет сразу начать расти за счет того, что все это время работники компаний получали доходы. Пока же будут существовать ограничения, бизнесы смогут настраивать свою работу, становиться более эффективными, уходить в онлайн по возможности, обслуживать тех клиентов, которых возможно и так, как возможно. Не нужно будет потом разгребать юридические развалины, иметь дело с параличом системы собственности, из-за того, что масса активов будет принадлежать банкротам. Отношение бизнеса к власти и обществу, которые поддержали его в кризис, будет совершенно иным – да и отношение власти к бизнесу, который оно поддержало, совершенно изменится.

Я, конечно, рассказываю сказки не про нашу страну. Я понимаю, что у нас будет по-другому: выплата пособий не всем, не всегда и через муторную оффлайновую бюрократическую волокиту (способ перезаразить всех участников); декларации помощи бизнесам, которые так и не «спустятся» до исполнителей; введение новых налогов (на очереди рост налогов на имущество, налог на движимое и ликвидное богатство, прогрессивный подоходный налог, разовые налоги, например сбор с депозитов в банках, налог на валютные сбережения, налог на вывод теперь уже капитала – не знаю, что успеют); возможно – принудительный внутренний заем – например 25% депозитов (тоже конечно может быть успеют, может быть – нет); повышение зарплат силовикам и депутатам. Малый и средний бизнес будет банкротиться, а усилия ФНС будут направлены на уголовное преследование тех, кто отказывается платить полную зарплату работникам по дурацкой причине отсутствия денег. В результате мы получим смертность МСП такого масштаба, что о частном бизнесе можно будет забыть, а страна вынужденно вернется в состояние – нет, не 90х, а 80х годов. Или – я по старой традиции ошибаюсь и всё будет существенно лучше?

Андрей Мовчан, финансист