Наберитесь терпения

0
1107
Слово » детство» для большинства из нас ассоциируется с теплыми светлыми воспоминаниями:
На плечах у папы видно далеко- далеко, до самого горизонта… семейные веселые праздники… прогулки на лыжах в выходной.. любимая елочная игрушка, которую надо повесить на самое видное место… купание в речке ( не заплывай далеко).. аттракционы…зоопарк.. музеи.. выставки.. первая пятерка, которую надо скорее показать маме.. первая обида..первая любовь..
Теплые мамины руки… Мама положила руку на горячий лоб: «Все пройдет, мой хороший, потерпи!» И сразу становится легче.Мама у 19-летней Насти Фузеивой была и есть. Но ничего вышеперечисленного — не было. Было другое. Страшное. Была врожденная инвалидность, рассыпающийся от времени и недосмотра грязный дом, где у девочки в прямом смысле не было даже собственного угла, вечно пьяная мама. А каждую неделю — новый «папа». Приходя из школы, девочка забивалась на полати, а прямо под ними, на грязной кровати без постельного белья отдыхала мама с очередным сожителем. Иногда у печки стоял чугунок с картошкой, хотя чаще всего он был пустым, но если Насте везло, она хватала горстями эту мелкую картошку и грызла ее. Сырую. Как яблоки.Ангелом-хранителем для Насти стала родная тетя- Елена Антипина, которая заменила ей и папу и маму, и вообще- всех. Шестеро родных детей, стесненные условия в двухкомнатной квартире, не помешали женщине дать любовь и тепло племяннице. Старшая родная сестра Насти тоже с шести лет жила у тети, сбежав из ада родного дома. Недавно тетя выдала ее замуж. Мама приходила к дому, где гуляли молодые, махала всем рукой и ушла праздновать вместе с очередным сожителем.
Родная мама вспоминала о младшей дочке стабильно один раз в месяц. «Настя, домой пора, сегодня же 10 число!» Сначала тетя не могла понять, в чем тут дело, а потом догадалась: пенсия по инвалидности! Именно из этих соображений мать скрывала много лет, что девочке предлагали операцию, благодаря которой она могла бы жить полноценной жизнью. Деньги оказались важнее здоровья собственного ребенка. Настю прооперировали, когда ей было уже десять лет. За девочкой ухаживала тетя. Все прошло хорошо, инвалидность сняли, мама о существовании дочери стала вспоминать еще меньше.
Когда Насте было 16 лет, органы опеки предложили ей лишить маму родительских прав. Девочка согласилась. «Наберитесь терпения, процесс небыстрый»,- предупредили ее. Настя, которая терпела и желала всю свою короткую жизнь обрести нормальные условия проживания, только кивнула.
Суд состоялся в октябре прошлого года. Маму привезли туда под конвоем, но вовсе не потому, что она была против подписать официальный отказ от дочери, ей просто было некогда — необходимо было найти деньги на обязательную утреннюю порцию спиртного. Изобразив показательное выступление похмельного человека, да так правдоподобно, что на суд вызвали еще и «скорую», мама Таня скороговоркой пробормотала: » Ну где здесь подпись поставить надо, у меня дел полно!», быстренько расписалась и ушла.
Вот сухие казенные строчки решения Воскресенского городского суда:

» (….) Анастасия более пяти лет проживает со своей тетей- Антипиной Еленой Евгеньевной по адресу …., которая воспитывает своих шестерых детей. Семья ответчика состоит на учете как неблагополучная в ОУУП и ПНД УМВД России по Воскресенскому району, в Воскресенском УСЗН, в управлении опеки и попечительства по Воскресенскому муниципальному району. Фузеива Т.Е. длительное время нигде не работает, злоупотребляет спиртными напитками, ведет антиобщественный образ жизни, по месту жительства создала неблагоприятные условия, антисанитарию, имеет большой долг по оплате коммунальных услуг.(…) Ответчик Фузеива Т.Е в судебном заседании исковые требования признала в полном объеме, сказала что она- хорошая мать. На уточняющие вопросы представителя истца пояснила, что проживает в муниципальной квартире, туалет на улице, моются в маленькой ванной, кровати для дочери нет. Исковые заявления Фузеива Т.Е признает в полном объеме, согласна на лишение ее родительских прав.»
Ничего не почувствовала Настя в этот момент, просто мама перестала быть таковой теперь и юридически. Наверное, у мамы Тани тоже в душе ничего не дрогнуло, подписывая отказ от собственной дочки. Хотя руки дрожали. Но это- с похмелья…

Примерно через год в отделе опеки и попечительства Насте предложили: » Как сирота Вы имеете право претендовать на жилплощадь. С матерью жить Вы все равно не сможете, да и дом разваливается на глазах. Наберитесь терпения, думаем, что все получится!»
Настя написала письмо в Администрацию района, и очень скоро получила вот такой ответ от главы Воскресенского муниципального района Олега Сухаря:
«На Ваше обращение по вопросу признания дома аварийным, расположенного по адресу: Московская область, Воскресенский район, деревня Городище, ул. Мира, д 6, кв.2, сообщаю.
Многоквартирный жилой дом, расположенный по адресу: Московская область, Воскресенский район, дер. Городище, ул. Мира, д.6 аварийным не признан.
Многоквартирный жилой дом, расположенный по вышеуказанному адресу, включен в Региональную программу Московской области » Проведение капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах, расположенных на территории Московской области на 2014-2038гг»

Наши сотрудники решили сами взглянуть на этот, не признанный аварийным, дом. После длительных переговоров, хотя предварительно Настя сообщала о нашем визите, дверь нам открыла мама Таня. На вопрос: были ли в последнее время здесь представители управляющей компании, которые оценили бы состояние дома, ответила: «кажется, приходил какой-то мужчина, фотографировал крышу дома, стоя за забором». Крыша действительно отремонтирована несколько лет назад, но она уже протекает. В сам дом никто не приходил и его состоянии не фиксировал. Это попытались сделать мы сами, хотя находиться в помещении по- настоящему страшно — кажется, что либо пол сейчас провалится, либо стены, либо потолок, либо все одновременно. Часть стены у кухни уже отсутствует, доски в терраске провисают. Кругом грязь, вонь, немытая посуда, старая, рассыпающаяся мебель. Мусор хозяйка выбрасывает во двор. Отапливается жилище дровами. Канализация автономная – биотуалет. Дом до капремонта рискует просто не дожить, он 1930 года постройки, в 2038 году ему будет больше ста лет, а самой Насте — сорок. Не слишком ли долго ждать обещанного счастья?

Девушка в недоумении: » И суд и органы опеки постановили, что жить в доме мамы да и с самой мамой — невозможно. Почему же сейчас мне могут предложить только это жилье, которое не хотят признавать аварийным? Почему единственный человек на свете, которому есть до меня дело — только моя тетя? Почему меня снова толкают в ад, который я предпочла бы забыть и не вспоминать?»
Тетя готова сделать для своей племянницы все возможное и невозможное. Она и так дала ей тепло, заботу и любовь, которой девочка не получала от матери с самого рождения. Она готова бороться за права Насти и ходить с ней по любым инстанциям. Но купить девушке квартиру она не может. И даже комнату — не может. Буквально вчера они вернулись из прокуратуры. Там обещали помочь, но предупредили, что дело это — небыстрое. Нужно набраться терпения.
Юная девушка всего лишь хочет получить свой теплый родной уголок, где могла бы чувствовать себя полноправной хозяйкой. Неужели это желание, такое простое и понятное любому, не исполнится?
Мы будем следить за развитием ситуации.
Ольга Шелест