Важные свидетели одного большого мошенничества

0
369
Спёрлинг это не кёрлинг, а воровство бюджетных денег. Чиновники толкают мешки с денгами.
  •     Наша газета  на протяжении четырнадцати лет  раскрывает секреты освоения и присвоения бюджетных средств,  рассказывает о важных событиях и процессах в  ЖКХ,  органах власти и муниципальных учреждениях,  информирует  горожан о социально-опасных инициативах представителей власти.
    Экземпляры многих выпусков газет мы  направляли в областные и федеральные  органы власти, правоохранительные структуры, ожидая проведения проверок и дальнейших расследований изложенных нами фактов.
    Приходится констатировать, что правоохранительная система  в большинстве случаев либо не видит оснований для реагирования, либо  усилиями своих отдельных сотрудников уводит расследования в тупик.
    Огромные долги предприятий ЖКХ района появились не на пустом месте. При желании помимо бесхозяйственности заинтересованные  профессионалы-следователи выявили бы сотни фактов воровства и мошенничества, превышения должностных полномочий. Хочется напомнить воскресенцам несколько историй.
    В 2014 году полицейские проводили проверку в связи с функционированием в сфере эксплуатации жилого фонда предприятий, учредителями которых являлись  близкие родственники чиновников местной власти. Во время опроса ответственного за ЖКХ чиновника Игоря Марахова  выяснилось, что он не знает о том, что член его семьи является учредителем компании «Белжилком». Чиновник продолжил работать, силовики не нашли оснований для возбуждения дела. За последующие годы мы стали свидетелями ужасающего роста долгов, которые в условиях экономически обоснованных тарифов невозможны без злоупотреблений, но за руку ловить экономических воров силовикам едва получается. А ведь речь идет о сотнях миллионов рублей.
    В 2015 году в дер. Медведка проложили водопровод. После запуска системы водоснабжения выяснилось, что  труба не соответствует  техническим требованиям, поскольку за короткий срок произошло множество  разрывов. Жители деревни до сих пор потребляют привозную воду, а о привлечении к ответственности тех, кто обманул город и население — ни слова.
    Список можно продолжать, но мы остановимся на деле о мошенничестве при строительстве детского сада по ул. Рабочая, обвиняемым по которому проходит воскресенский предприниматель и общественник Игорь Боричевский.  Дело возбуждено по заявлению директора ООО «Телемонтаж» Евгения Макеева, а руководитель Администрации района Виталий Чехов  вдогонку написал второе заявление о нанесении Игорем Боричевским репутационного ущерба  органам  местной власти. Почему-то  в двух-фасадном здании  бассейна  ущерба репутации власть не увидела, но именно от выполнения работ в детском саду пострадала.
    За неделю  к нам в редакцию пришли несколько «доброжелателей»  из числа лиц, не работающих в силовых структурах, но бравирующих своими связями в этих органах, и посоветовали мне прекратить публикации бесед  с Игорем Боричевским об особенностях предпринимательской деятельности в районе, дабы не злить «сильных мира сего».  Намеки и угрозы мы слышали много раз за 14 лет. Относимся к ним ровно и о сворачивать журналистскую деятельность не собираемся. Еще много дел надо сделать.
    Вполне ожидаемо проснулась в соцсетях и другая группа «доброжелателей», которым не терпится  выяснить, почему мы  в 2016 году отстаивали правоту Евгения Макеева и трудового коллектива «Телемонтажа», а теперь дали  высказаться его «оппоненту» Игорю Борическому.
    Отвечаю всем любителям «почесать языки» и неспособным к анализу происходящего. Редакция газеты находится в тесном контакте с Евгением Дмитриевичем Макеевым, который признан следствием пострадавшим в рамках уголовного дела.  Первым читателем прошлого выпуска газеты, где была опубликована первая часть интервью с Игорем Боричевским,  стал именно Евгений Макеев.
    Как утверждает Евгений Макеев, у него нет сомнений в том, что полученные компанией «ВосСтрой», которую возглавлял Игорь Боричевский,  денежные средства были потрачены на строительство детского сада. Не сомневается Евгений Дмитриевич и в том, что другой подрядчик, а именно компания «Мегаполис-1»,  который тоже должен деньги его фирме, затратил  на достройку этого детского сада все выделенные из бюджета средства, и даже больше. «Но почему обещанные  мне за выполненные работы руководителем администрации  района деньги  не поступили в полном объеме на расчетный счет моей фирмы? – задается вопросом директор ООО «Телемонтаж» Евгений Макеев.
    Напомним читателям, что фирма «ВосСтрой» выиграла аукцион на проведение работ, которые в значительной мере уже были сделаны, но для фактического ввода объекта в эксплуатацию нужно было сделать другие виды работ.  Попытки всем угодить, и прежде всего Администрации района, которой нужно было отчитаться перед Губернатором,  привели  директора «ВосСтроя» Игоря Боричевского в весьма затруднительное положение фигуранта уголовного дела.
    Дело о мошенничестве при строительстве детского сада  затрагивает интересы многих влиятельных чиновников. К делу привлечено внимание нескольких силовых структур.
    Обман и беззаконие на строительстве социальных объектов случаются периодически. Генподрядчики не выполняют обязательства перед заказчиками, субподрядчики нанимают суб-субподрядчиков, а затем оставляют без оплаты. Большинство фактов обмана не доходит до возбуждения уголовных дел, а уж тем более, до судов.
    Несколько компаний до сих пор не получили деньги за работы, которые выполнили при строительстве детского сада, и не факт, что они добьются своего. Дело в том, что сад построен, деньги из бюджета никто дважды за одни и те же работы не выделит. Компенсировать затраты компаний можно только за счет тех чиновников и иных лиц, если таких определит суд, которые будут признаны виновными в нанесении ущерба предприятиям, либо в хищении бюджетных средств.  Ни менее пострадавшим себя считает и владелец компании «ВосСтрой», которого обвиняют в мошенничестве, и которому пришлось отсидеть восемь месяцев под домашним арестом.   Игорь Боричевский  утверждает, что  он оказался  крайним в цепочке компаний, которых решили использовать для достройки детсада, заведомо зная об отсутствии средств на оплату  работ и  материалов.   При этом, как следует из слов предпринимателя,  мотивом  уголовного преследования против него вовсе не является  стремление силовиков к торжеству справедливости.
    «Дело против меня является политическим, поскольку от меня требовали оговорить другого человека, — утверждает Игорь Боричевский.

Сергей Рудаков

  • Из беседы с Игорем Боричевским в редакции газеты  
    (Окончание)
    Верю ли я в справедливость после всего случившегося? В саму справедливость я все–таки верю. Справедливость в суде… Мне четыре раза продлевали домашний арест. Каждый раз по одним и тем же основаниям: статья тяжелая, надо провести те или иные следственные действия. С июля до января со мной не проводили вообще никаких следственных действий. Я задавал одни и те же вопросы: есть ли основания, что находясь на свободе, я могу скрыться, оказывать давление на свидетелей или уничтожить какие–то улики? Таких данных у следствия нет, и единственный мотив – тяжкая статья, за которую предусмотрено до 10 лет лишения свободы. Я выучил это как Отче наш. Суд этой инстанции не выносит вердикт:  «Виновен или невиновен», только «подтверждены факты или не подтверждены». Фактов моей противоправной деятельности не было предоставлено следствию. Фактов, что я могу оказать давление или скрыться тоже не было. Каждый раз мне продлевали домашний арест, хотя каждый раз думал: ну вот сегодня справедливость восторжествует. Я всегда говорил: скамья подсудимых – она большая, где Рулев то? Мне говорили, что такие вопросы не надо задавать.

Каждый раз после этого мы обращались с апелляцией в Московский областной суд, но он каждый раз поддерживал решение Воскресенского городского суда. В последнем судебном заседании не было предоставлено вообще никаких данных о моем причастности к преступлению. Судье я рассказал то же самое, что рассказал вам. Первоначальные показания «потерпевших» не подтверждаются, фактически они отказались от своих первоначальных показаний. Дело нужно отправлять на доследование. Я понимал, что все участники процесса это видят. Тем не менее, в последнем судебном заседании в Воскресенском горсуде мне продлили домашний арест, но в Мособлсуде  суд рассмотрел по существу нашу жалобу.  Он отменил решение Воскресенского суда о продлении мне домашнего ареста. Наш процесс длился 2,5 часа, и это заседание было похоже на заседание именно первой инстанции, когда решался вопрос: виновен или невиновен? Следствие запросило бухгалтерскую экспертизу, чтобы понять: сколько денег ко мне пришло, сколько от меня ушло? Экспертиза дала четкий ответ: Боричевским было получено два миллиона шестьсот рублей, два миллиона триста он перечислил именно за те работы, которые указаны у него в муниципальном контракте. Порядка двухсот тысяч ушло на налогооблажение, зарплату и прочую хозяйственную деятельность. Она опять же подтверждает мою невиновность! Очные ставки подтверждают мою невиновность. И так же подтверждают, что участники всего этого, как я считаю, вступили в некий сговор с администрацией. Она не имела права объявлять  аукцион на работы, зная, что часть работ выполнена. Об этом я всегда заявлял следователю. У меня их сменилось трое. Каждому следователю я говорил: посмотрите показания, которые дали на меня потерпевшие, здесь люди черным по белому пишут чистосердечное признание  в своих противоправных действиях. Где здесь моя вина?

Когда я вышел на свободу, очень много людей меня поздравляли. Мне так непривычно принимать поздравления с тем, что восторжествовал закон.  Я надеюсь, что торжество закона будет обыденностью. Это будет тем, ради чего мы с вами живем. Закон будет нас защищать, а на сегодняшний момент мы боимся сделать шаг, не зная, как он будет трактован.

Во время работы над этим материалом, на сотрудников редакции было неоднократно оказано давление, звучали пожелания, чтобы статья не увидела свет. Тем не менее, работу до конца мы хоть и с трудом, но довели. Статья печатается в сокращении. Полная версия – в наших группах в социальных сетях.

Материал готовила Ольга Шелест